ЛОСИ

На Братском озере

Лоси всегда появляются внезапно, как будто материализуются из ничего. Есть в этом что-то иррациональное и волнующе загадочное. По крайней мере, для меня.

Саня купил ружье. Хорошее такое ружье, ИЖ-54, двенадцатого калибра, в прекрасном состоянии. Брал он его по объявлению у старенького дедка, который пускал слезу, прощаясь с ружьем и охотой. Дедка жалко – такое тяжелое решение – признать, что ты уже не охотник и продавать ружье. Но Саня дедку понравился и тот запросил недорого, да еще приданого к ру-жью отвалил, наверное, все, что у него было. А было там все, что только может понадобиться охотнику.

Мы вышли из электрички не на Лесной, а на остановку раньше – на Братском озере. Уже в воздухе осенело, летали паутинки, листва пожелтела, было тепло, но не жарко. Мы прошли мимо антенного поля – солнечного радиотелескопа – это полевая лаборатория института радио-электроники. Шли не спеша, собирали грибы. Нам попадались, в основном, белые и реже мас-лята. Мы брали все подряд. Саня собирать грибы не мастак, но насчет поесть грибов, так аж трусится, грибоман, одним словом.

Прошли развилку, где лесная дорога поворачивает к Матяшевой хате, приближаемся к Дегтярному озеру. Оно, в общем то, даже и не озеро вовсе. Среди бугров в сосняке мочажина метров сто пятьдесят длиной, затянутая ряской, вся в кочкарнике, заросшая ольховыми полу-кустами-полудеревьями и ивняком. Но уткам, почему-то Дегтярное нравится, да и кабаны и ко-сули часто там полеживают в кочкарнике. Так вот, подходим, говорю:

- «Пора ружья доставать, заряжаться». А Саня спрашивает:
- «А что стрелять будем?».
- «Все подряд, кроме лося» – нахально отвечаю.

А остановились мы на пересечении просек и говорили негромко. И только я изрек по-следнее, глядь, а сбоку от нас в тридцати метрах на просеке Они стоят: лось, лосиха и лосенок. Я так думаю, что они нас слышали. Слушали и спокойно стояли. Мы полюбовались немного семьей и потихоньку двинулись дальше, и пока нам было видно, они оставались на просеке.

У самого Дегтярного мы с Саней разошлись, обговорив план действий, а когда встрети-лись на противоположном конце мочажины, Саня сказал, что мимо него пробежали кабаны.

В Лесном

Вечерняя зорька на Свинячьем оказалась пустой, утка почти не летала, а если и летала, то или за рекой, или в стратосфере. Мы с Мышком честно отстояли до полной темноты, сели в «Москвича» и поехали в свой лагерь на Осиновую поляну. По пути заехали на Пасеку над Бе-лым озером, там Сашко-егерь с кампанией остановился.

Пока точили лясы, угощались, а уго-ститься было чем, время летело незаметно. Короче, тронулись дальше далеко за полночь. Ночь была темная, безлунная, уже упал туман, редкий и клочковатый на возвышении у пасеки, и мо-лочно-густой на луговине. Ехали потихохоньку-полегохоньку – все таки угощались, а дорога на луговине и в перелесках неровная и кочковатая, и – промахнулись.

Машину потрясывало на кочках, свет фар в тумане не давал представления, где мы на-ходимся, одно было понятно, что не на дороге. Мышко поворачивает направо, потом налево – пытается сориентироваться, и вдруг тормозит и глушит двигатель. Прямо перед нами в прогале тумана, на самой границе луга и перелеска стоял огромный лось. Наверное свет фар и туман создавали эффект увеличения.

Казалось, что он совсем рядом, что мы чудом на него не наско-чили. Почему он не ушел от света и шума мотора, непонятно. Стоял, слегка наклонив голову, спокойно и величаво, и не двигался. Страха у нас не было, все-таки два ружья рядом. Мы сиде-ли и смотрели на него, а он смотрел на нас. Потом Мышко аккуратно, не газуя завел двигатель и задком, задком стал отъезжать. Мы уже поняли, где мы находимся, развернулись и через ми-нуту были в лагере.

На Сунтар-Хаяте

Авантюра Беспятову удалась. Мы, группа туристов-горников, отправились с ним в ком-бинированную водно-пешеходную экспедицию. Из Харькова, через Москву и Хабаровск до Охотска добрались без приключений. А потом началась сплошная экзотика.

Два часа тряски, перелазов через рюкзаки от окна к окну, и вертолет опустился на ог-ромную наледь в широком ущелье. Это было место начала нашей экспедиции. Быстро-быстро мы повыкидывали на лед рюкзаки и снаряжение и попрощались с вертолетчиками. Вертолет исчез, и мы остались на белом льду под синим куполом неба, окруженные зеленью тайги.

Ощущение необыкновенное: ты молодой и сильный, находишься за тысячи километров от дома, как на краю вселенной, знаешь, что отсюда до ближайшего поселка километров четы-реста-пятьсот. Всякая суета: город, работа – все-все исчезло где-то Там. Нет ничего, кроме тебя, ставшего вдруг великаном, и этой белизны, синевы и зелени. Ошеломление, потом плавный пе-реход от восторженности к реальности.

Беспятов собрал нас в кружок, изложил план действий на день. На долгий полярный день. Итак, первое: рекогносцировка и охота – нам надо сделать запас мяса на все плавание, то есть на двадцать дней.

С этой задачей справились очень быстро; не прошло и часа, как Беспятов убил оленя. Притащили его на наледь, Коля Тагаев, профессиональный прозектор и наш экспедиционный врач, остался его разделывать, а мы отправились искать место для лагеря и строительства плота и просто осмотреться.

Тихо-тихо, в режиме охоты поднимаемся цепочкой по склону и выходим почти на линию перегиба хребтика. С непривычки идти вверх тяжело, мы запыхались, останав-ливаемся отдышаться. Постояли, поговорили и снова пошли вверх. И опять остановились – там за перегибом стоял лось. Поднялись четыре ружья, восемь стволов и замерли. Взгляд-вопрос Беспятову: «Да? Нет?».

Тихим голосом ответ «Нет».

Мы стояли и смотрели на лося, смотрели туда, куда смотрел он. С высоты хребтика мир нам казался великолепным и нереальным. Светлая тайга, редкие лиственицы на зеленой и серой от ягеля подстилке, голубеющие озерца и просинь болотец, господствующая вершина хребта – Берилл. Лось стоял и мы стояли и уже разговаривали не полушепотом, а громко.

Кто-то спросил: «А почему нет?».
Простой ответ: «Нам хватит».

Это простой ответ. А другой ответ зрел и креп во мне: «здесь и сейчас, после того, как я увидел все вокруг, как будто его глазами, я не могу его убить. Я здесь гость, а он хозяин. И это его мир». Да, он действительно принадлежал этому миру.
Не спеша и даже не глядя на нас, лось двинулся вниз и исчез за перегибом. Как будто его и не было вовсе.