МАШИНА
За окном мелькают деревья, разукрашенные осенью во все оттенки золота, шуршат по бетонке колеса, улыбаются и шутят пассажиры. Конец недели, конец хлопотам и заботам го-родской жизни – впереди два дня отдыха – одним словом пикник.
Поворот руля, колеса отрабатывают, и машина сворачивает на проселочную дорогу. Еще один поворот руля, и машина катит вдоль берега речушки к просторной поляне, окруженной осинами и кустами боярышника. Водитель жмет педаль тормоза, машина клюет носом, глушит-ся мотор, распахиваются двери.
Компания высыпает на берег, слышатся восторженные возгласы, потом неспешно вы-гружаются сумки, пакеты, рюкзаки. Проходит каких-то пятнадцать или двадцать минут и поля-на приобретает совсем другой вид. Яркие палатки, небольшой столик и раскладные кресла при-дают поляне праздничный вид, и, несмотря на шумность компании – безмятежность и покой.
Машина, накрытая тентом от солнца, стоит на краю поляны под деревом и является все-го только дополнением к пейзажу. Она сделала пока свое дело и забыта до того момента, пока не закончится пикник, и не начнутся сборы в дорогу.
Двигатель остывает, капает с шатунов и коленчатого вала масло в картер поддона. Под-дон с удовольствием принимает каждую каплю, наполняется маслом и переполняется сознани-ем собственной важности.
- Да, я – самый главный! Если бы не я, все масло вытекло бы на землю, все детали тер-лись бы без смазки, двигатель бы перегрелся и поломался. Ах! Какой я молодец!
Так думал о себе картер поддона, сначала молча, а потом, распираемый гордостью и важностью закричал:
- Я – самый главный! Я – молодец!
- Подумаешь, корыто, развоображался! – отозвался шатун.
- Да если бы не я, то не видать тебе масла, как своих прокладок. Это я молодец и са-мый главный. Я толкаю поршень и кручу коленчатый вал, хоть он мне совсем и не нравится. Так и крутится, так и крутится, вертун бестолковый, так еще и трет и греет меня.
От такого нахальства и бахвальства вспыхнул обиженный коленвал:
- Да, я! Да, я! Я кручусь, как белка в колесе, чтобы всех вас прикрутить на пикник. Железяки неблагодарные!
- Да, уж ты прикрутишь! – встрял в разговор, задетый за живое кардан.
- Крутишься без толку, а я кручусь, так уж кручусь!
Как уж он там крутится, возмущенный кардан не сказал. Просто не знал, что сказать. Он знал только то, что он просто крутится.
- А что это металлолом разбрякался – прошуршали резиново колеса.
- Каждому болту известно, что машина и вы все едете только туда, куда мы катимся. Это мы – главные!
- Задаваки углеводородные! Резинки бестолковые! Вы бы прикрутили нас в столб или в речку, а то еще и куда похуже. Только и мотались бы от шиномонтажки до вулканизации и обратно. Это я – главный! – зашумел руль. Это я приказываю вам крутить-ся туда, куда надо, а не в мусорный бак. И с водителем я дружу, потому он за меня все время и держится.
Спор под капотом продолжался, высказались все, только что не подрались. А пикник тем временем закончился. С машины сняли чехол, открыли багажник и побросали обратно сумки, пакеты, рюкзаки. Компания уселась, захлопнулись двери. Пора ехать. Водитель вставил ключ в замок зажигания.
- Хрясь – сказал ключ и сломался в замке.
Водитель в сердцах хлопнул обеими руками по рулю, что то тихо сказал и вышел из машины звонить и вызывать техпомощь.
